Кладка со скрытыми рядами

Сущность изучаемого в данном разделе конструктивного и в то же время архитектурно-художественного приема, встречающегося как в русской, так и в южнославянской архитектуре, состоит в том, что стена, выложенная либо из одного кирпича, либо с прокладками из камня, имеет особую структуру поверхности. Эта особенность наблюдается только при очень широких слоях связующего материала между отдельными рядами кирпича. В таких случаях на поверхность стены выведены ряды кирпича только через один ряд. Вследствие этого между каждыми двумя рядами кирпича, видными на поверхности стены, имеется еще один ряд кирпича, скрытый под слоем связующего, толщиной в несколько сантиметров. Так как нормальный для данной кладки слой связующего примерно равен толщине кирпича, т.е. 3-4 см, ширина слоя связующего на поверхности стены достигает 11-12 см. Эта величина составляется из толщины скрытого ряда кирпича и толщины примыкающего к нему с каждой его стороны промежуточного слоя связующего (рис. 1-11).

В литературе по истории русской, южнославянской и византийской архитектуры на эту особую структуру поверхностей стен было обращено внимание только недавно. Впервые она была изучена в русских постройках.

Обыкновенно описанную систему кладки объясняют двумя различными причинами. В первом объяснении заметна попытка дать чисто техническое истолкование, основанное на форме отдельных кирпичей, примененных при кладке со скрытыми рядами (так впредь мы условились называть описанную систему кладки). Указывают, что подобная система кладки возникла вследствие квадратной формы кирпичей и необходимости перевязки их рядов. Действительно, кирпичные плитки, примененные, например, в древнерусских зданиях, выложенных кладкой «со скрытыми рядами», имеют более или менее квадратную форму, причем средние размеры кирпичных плиток составляют 40 X 30 X 3,5 см. Таким образом, если представить себе, что благодаря перевязке рядов кирпича каждый кирпич верхнего ряда приходится над двумя кирпичами нижнего ряда, причем ось верхнего кирпича приходится над швом между двумя смежными кирпичами нижележащего ряда, то на краю такой кладки, т. е. на поверхности стены, останутся между каждыми двумя смежными рядами кирпича пустоты в полкирпича. Их можно было бы заполнить только сломанными пополам кирпичами. Однако, как говорят сторонники данного объяснения, «тектоническое чувство» не позволяло строителям осуществить такой прием. В связи с этим возникла мысль -- затирать ряды кирпича, не доходившие до поверхности стены, связующим, в результате чего и появилась описанная выше система кирпичной кладки со скрытыми рядами.

Другие исследователи, исходя из архитектурного художественного образа здания, объясняют появление кирпичной кладки со скрытыми рядами чисто эстетическими соображениями. Приверженцы данного объяснения указывают, что, например, в русской архитектуре кладка со скрытыми рядами уступила место обычной кирпичной кладке вовсе не вследствие перехода от квадратной формы кирпичей к прямоугольной. Форма кирпичей при этом, правда, несколько изменилась, но не настолько, чтобы можно было говорить о ее коренном изменении. Кладка со скрытыми рядами известна в русской архитектуре, начиная % с середины X века. Впервые она встречается в дворцовых корпусах, фундаменты которых были раскопаны около Десятинной церкви, и в стенах самой Десятинной церкви в Киеве. (Однако существует другое мнение, относящее эти дворцовые корпуса ко времени постройки Десятинной церкви). Далее такая кладка прослеживается в киевской Софии (рис. 1), Спасопреображенском соборе в Чернигове, в соборах Киево-Печерской лавры и Выдубицкого монастыря, в воротах Киево-Печерской лавры, в церкви Спаса на Берестове (рис. 2--5 и 7--10) и в некоторых других постройках, примыкающих по своей архитектуре к перечисленным зданиям. Другими словами, мы отчетливо прослеживаем кирпичную кладку со скрытыми рядами в качестве господствующей в архитектуре Киевского государства (в X и XI веках и в начале XII века). Наоборот, в постройках последующих десятилетий кладка со скрытыми рядами исчезает и заменяется кирпичной кладкой, для которой характерно то, что все ряды кирпича выведены на поверхности стен, а слои связующего между рядами, как правило, становятся гораздо тоньше, чем самые ряды кирпича (рис. 12--14). Это наблюдается, например, в соборе Елецкого монастыря в Чернигове (в настоящее время доказано, что это постройка середины XII века, по всей вероятности, 40-х годов этого столетия), еще раньше-- в Борисоглебском соборе в Чернигове (1123), в церкви Успения на Подоле в Киеве (1131), позднее -- в соборе Канева (1144), соборе Кирилловского монастыря в Киеве (после 1146 г.), в Петропавловской церкви в Смоленске (1146), в откопанных стенах под собором XIII века в Суздале (первая половина XII века) и во многих других постройках XII века. Приведенный краткий перечень показывает, что отмеченное изменение в характере кладки произошло во всей русской архитектуре в первой половине XII века, в период распада Киевского государства. Размер и форма кирпича в перечисленных постройках довольно сильно различаются в зависимости от места постройки и периода ее возведения (в границах XII века); кирпич далека не везде имеет правильную прямоугольную форму. Так, например, в соборе Кирилловского монастыря в Киеве размер кирпича составляет в среднем 32 X 24 X 5,5 см, т. е. по сравнению с кирпичом X-XI веков новый стал толще и меньше, но имеет форму 3 : 2, почти одинаковую с формой 4 : 3 кирпича X-XI веков. Аналогичен кирпич и других памятников архитектуры Киевской и Черниговской земель периода феодальной раздробленности, в которых и произошла замена кирпичной кладки со скрытыми рядами обычной кирпичной кладкой. Это прямо свидетельствует о том, что смена систем кладки не была вызвана переходом к прямоугольной форме кирпича.

Исследователи, объясняющие появление кирпичной кладки со скрытыми рядами художественными соображениями, указывают на то, что стены, выложенные по этой системе, отличаются чередованием красных рядов кирпича и более широких слоев розоватого цемяночного раствора. Это придает очень живописный вид поверхности стены с ее мягким розовым тоном. Следует добавить, что более близкое расположение рядов кирпича при той же толщине слоев связующего, равной толщине кирпича, создало бы слишком беспокойное мелькание и дробный ритм поверхности. Это особенно заметно в арках, которые в русской архитектуре X-XI веков также обычно выкладывали кладкой со скрытыми рядами. В этом случае создается мерный ритм кирпичей, как бы широкий «шаг», соответствующий величественному, простому и монументальному характеру русских архитектурных образов того времени.

Правильнее решение этого вопроса, несомненно, заключается в том, что кладка со скрытыми рядами представляет собой единство технического и художественного приемов и не связана только с изменением формы применявшегося в то время кирпича. Несомненно, что архитектурно-художественные мотивы применения скрытых рядов кирпича играли существенную роль; так, например, наружная поверхность стен, выложенных такой кладкой, созвучна расчленению стен карликовыми нитками; мы наблюдаем это в киевской Софии, в соборе Киево-Печерской лавры и в церкви Спаса на Берестове и в других постройках. Стена получается более легкой и воздушной соответственно общему характеру русской архитектуры X--XI веков и начала XII века. Наоборот, в архитектуре последующих десятилетий XII века, когда здания становятся более компактными и массивными, а скульптурный объем стен подчеркивается сильнее, на поверхности на первое место выступают кирпичные ряды, которые отделяются друг от друга только очень тонкими слоями связующего, обычно более тонкими, чем ряды кирпича.

Наши наблюдения над русской кирпичной кладкой со скрытыми рядами и аналогичной кладкой в архитектуре южных славян и византийской, где она также наблюдается, позволяют сделать следующие выводы.

Замечательным памятником южнославянской архитектуры является церковь в Куршумли (рис. 15).

К сожалению, здание это не было подвергнуто углубленному и детальному исследованию, вследствие чего многое в его архитектуре остается до сих пор невыясненным. Однако и имеющиеся материалы об этой постройке могут быть использованы для выяснения вопроса о кирпичной кладке со скрытыми рядами.

Точная дата сооружения церкви не установлена; известно только, что оба монастыря в Куршумли основал Стефан Неман я незадолго до своего отречения от престола, которое произошло б 1196 году. Его сын Стефан Первовенчанный переменил титул великого журпана на королевский. Вследствие этого Мийэ включил церковь Николая в Куршумли в свою работу, посвященную истории сербского искусства.

Однако болгарские ученые приводят это здание в своих трудах по истории болгарской архитектуры; так, например, Вера Иванова3 включает область, в которой находится Куршумли, в свой обзор древнейшей церковной и монастырской архитектуры болгарских земель IV--XII веков; в этом обзоре помещены план и наружный вид церкви в Куршумли.

По своей кладке церковь в Куршумли удивительно напоминает памятники русской архитектуры. Мийэ по другому поводу отметил влияние русской архитектуры на «моравскую» архитектурную школу, к которой он отнес также и церковь в Куршумли. Ввиду того что ни в архитектуре Сербии, ни в архитектуре Болгарии предшествующего времени совершенно нет таких приемов кирпичной кладки, которые хотя бы отчасти напоминали кладку здания в Куршумли, возникает предположение, не является ли эта кладка результатом влияния русского зодчества. Сам по себе факт такого влияния установлен Мийэ и не содержит в себе исторически ничего невозможного, тем более, что к моменту сооружения церкви в Куршумли русская каменная архитектура имела прочные традиции, выработавшиеся в процессе почти трехсотлетнего развития в огромной стране, с которой не могли идти в сравнение государственные образования южных славян на Балканском полуострове.

Другим источником, который мот повлиять на систему кладки церкви в Куршумли, могла явиться Византия. Правда, в период постройки церкви в Куршумли византийская архитектура переживала некоторый упадок, вызванный тяжелым состоянием страны накануне завоевания крестоносцами Константинополя. Этот общий упадок и был в значительной мере причиной того, что Византия не смогла противопоставить крестоносцам силу, достаточную для обороны своей столицы.

Вопрос о подобной кладке в византийских постройках, к сожалению, тоже почти не разработан. Этот вопрос необходимо разбить на две части:

1) вопрос о времени возникновения и развития кладки со скрытыми рядами в Константинополе и 2) вопрос о развитии этой кладки в провинциальном византийском зодчестве.

В отношении архитектурных памятников Константинополя можно уже сейчас дать достаточно исчерпывающий ответ. Кирпичная кладка со скрытыми рядами неизвестна вовсе в ранневизантийском зодчестве, т. е. в архитектуре Константинополя до иконоборческого периода. Памятники Константинополя средневизантийского времени известны довольно полно и детально, и мы можем утверждать, что кладка со скрытыми рядами осталась неизвестной архитекторам Константинополя, по крайней мере, до второй половины XI века (рис. 16 и 18).

Древнейшим известным случаем применения этой кладки в византийской столице является кладка частей церкви монастыря Хора (современной мечети Кахриэ-Джами), относящихся к концу XI века. Имеется в виду центральная часть этой церкви, например, ее апсида, хорошо доступная исследованию, так как она ничем не застроена и кладка ее обнажена. Временем, когда в Константинополе кирпичная кладка со скрытыми рядами имела более широкое распространение, является XII век. К этому времени относятся хорошо изученные и достаточно сохранившиеся церкви монастыря Пантократора.

Концом XII века датируется сохранившаяся только в развалинах мечеть Одалар-Джами (рис. 17). Ее стены выложены также интересующей нас кладкой. Византийское название этой постройки неизвестно. Очень существенно, что постройки Константинополя XI века выложены кирпичной кладкой без скрытых рядов. Сюда относятся в первую очередь мечети Эски-Имарет первой половины XI века (см. рис. 16) и Молла-Гюрани-Джами второй половины XI века (рис. 18), византийские названия которых остаются неизвестными. В итоге мы имеем следующую картину: все сохранившиеся крупные постройки Константинополя XI века выложены кирпичной кладкой без скрытых рядов и, наоборот, постройки XII века отличаются кирпичной кладкой со скрытыми рядами. Ни в одной константинопольской постройке после XII века интересующая нас кладка не обнаружена. Даже принимая во внимание относительно неполную сохранность памятников средневизантийской архитектуры Константинополя, необходимо сделать определенный вывод, что в византийской столице кладка со скрытыми рядами имела место в XII веке и что она появилась там только в конце XI века. Об этом свидетельствует и мечеть Молла-Гюрани-Джами, относящаяся ко второй половине XI века, где подобная кладка не обнаруживается.

Гораздо сложнее вопрос о провинциальной средневизантийской архитектуре вследствие ее малой исследованности. После того как кирпичная кладка со скрытыми рядами была обнаружена и изучена в русской архитектуре древнейшего Бремени и в Константинополе, были отмечены лишь крайне немногочисленные случаи ее наличия в византийских провинциях.

Особенно существенно то, что эта кладка была обнаружена в крепостных башнях Никеи (современного Исника); ее удалось установить приблизительно в двадцати башнях византийского времени, сохранившихся в этом городе. Оказалось, однако, что этой кладкой выведены не основные части башен, а лишь отдельные куски, которые были переложены при позднейшем ремонте. По большей части эти куски находятся на наружных фасадах; в подавляющем большинстве случаев они имеют характер вставок, в общем треугольного очертания: они расширяются по направлению кверху и заканчиваются внизу более или менее острым углом. Это обстоятельство заставляет сделать вывод, что повреждения башен, вызвавшие починку, не могли произойти, например, во время какой-нибудь осады города, а, скорее, явились следствием землетрясения. Это заключение позволяет датировать куски кладки, представляющие для решения нашего вопроса выдающийся интерес. Оказывается, Никея в 1065 году сильно пострадала от землетрясения, во время которого, как свидетельствуют исторические источники, серьезно пострадали стены города.

Аналогичная кладка со скрытыми рядами кирпича имелась еще в одном знаменитом здании Никеи - в церкви Успения, детально изученной и обмеренной Русским археологическим институтом в Константинополе Церковь эта, разрушенная во время греко-турецкой войны в первой четверти XX века, была выстроена в середине VIII века, однако установлено, что ее части, выложенные кладкой со скрытыми кирпичными рядами, представляют собой результат починки в более позднее время.

Оказалось, что интересующая нас кладка имелась в ремонтированных частях сводов. При этом характер починок доказывает, что они также явились результатом землетрясения 1065 года. Наконец, в одной из крепостных башен Никеи был обнаружен поверх стены, выложенной кирпичной кладкой со скрытыми рядами, кусок кладки, датируемый, на основании ряда данных, XIII веком. Это подтверждает более раннюю датировку кладки со скрытыми кирпичными рядами в Никее.

Приведенные сведения исчерпывают все, что нам известно на данной стадии исследования провинциальной византийской архитектуры в связи с вопросом о кирпичной кладке со скрытыми рядами. Особенно веским является факт полного отсутствия подобной кладки в Константинополе в X веке и в первой половине XI века, т. е. в то время, когда она так широко применялась в архитектуре Киевского государства.

Все изложенное позволяет заключить, что кирпичная кладка со скрытыми рядами возникла в 4 архитектуре Киевского государства и затем перешла в византийское зодчество и в архитектуру южных славян. Архитектурные памятники Константинополя и византийской провинции средне-византийского времени дают возможность нарисовать довольно полную картину развития византийского зодчества. На основании их изучения можно утверждать, что технический и художественный прогресс в области архитектуры концентрировался в Константинополе и столичные нововведения лишь через некоторое время отражались в архитектуре провинции. Это не значит, что провинция не давала ничего нового в области зодчества. Однако именно в отношении кирпичной кладки нельзя было ожидать изобретения в провинции нового приема столь большого значения.

Кирпичная кладка со скрытыми рядами является отличительной чертой именно константинопольской архитектуры, откуда она потом уже переходила в провинциальное византийское зодчество. На это указывают также и приведенные случаи применения такой кладки в Никее, которая во всех областях искусства, и в том числе в архитектуре, является городом, прямо зависящим от Константинополя; поэтому напрашивается вывод, что починка зданий в Никее, поврежденных землетрясением 1065 года, производилась мастерами, связанными с Константинополем и применившими последние достижения константинопольской строительной техники.

Однако эти достижения были известны гораздо раньше, чем в Константинополе, в самом большом и мощном в Европе того времени Киевском государстве, сравнительно недавно появившемся; на арене европейской истории и тем не менее успевшем занять выдающееся место. При этом особенно следует отметить, что техника кирпичной кладки со скрытыми рядами была широко распространена на Руси на целое столетие раньше, чем в византийской архитектуре (в дворцовых корпусах при Десятинной церкви в Киеве -- и середине X века, в то время как в Константинополе - только в конце XI века в церкви монастыря Хора).

Необходимо поставить вопрос о том, каковы были причины, которые могли вызвать именно в Киевском государстве еще в X веке появление кирпичной кладки со скрытыми рядами. В этом отношении следует указать на четыре существенных обстоятельства. Для русского зодчества с древнейших времен характерно единство технической, конструктивной и художественной сторон архитектуры. Именно на этом единстве и основана система кирпичной кладки со скрытыми рядами. Далее, русскому зодчеству издавна свойственны широта размаха, большие масштабы, крупные композиции. Именно этим условиям в высшей степени удовлетворяет изучаемая нами кирпичная кладка. Для русской архитектуры очень типична живописность наружных архитектурных поверхностей (например, во владимиро-суздальских постройках или в зданиях XVII века). Эта тенденция, наблюдаемая в русском зодчестве с древнейших времен, вносит в архитектуру жизнерадостность и оптимизм, отвечающие народному вкусу; который с большой силой проявляется в русском зодчестве на различных этапах его развития. Именно при помощи кирпичной кладки со скрытыми рядами достигается живописность наружных стен, составляющая характерную черту русского зодчества.

Наконец, поверхности кирпичных стен, выложенные кладкой со скрытыми рядами, как можно убедиться на примере стен, поверхности которых вовсе не имеют камня (как, например, церковь Спаса на Берестове в Киеве), внешне напоминают деревянные рубленые стены. Это сходство обусловлено широкими слоями цемяночного раствора, которые в сочетании с узкими полосами более темного кирпича напоминают

Принимая во внимание, что первыми русскими архитекторами-каменщиками были архитекторы-плотники, обучавшиеся новой технике каменной кладки в то время, когда они в своей области были уже вполне сложившимися мастерами, естественно предположить, что и в технику кирпичной кладки они внесли новые особенности, среди которых наиболее существенной и удачнопримененной явилась система скрытых рядов кирпичной кладки, столь соответствовавшая системе перевязи 'Квадратных по форме кирпичей. Новшество, которое эти мастера внесли в кирпичную кладку в Киеве и Киевском государстве уже в X веке, позднее, когда архитектура на Руси дала столь замечательные результаты, была заимствована константинопольскими архитекторами и развита особенно в XII веке.

Именно в XII веке, когда кладка со скрытыми рядами кирпича получила особенно широкое распространение и признание в Константинополе, она исчезла на Руси. Это убедительно доказывает, что названная кладка не могла быть заимствована архитекторами Киевской Руси из Константинополя, ибо как раз в то время, когда она распространяется в Византии, она исчезает у нас. Наоборот, если предположить заимствование этой кладки константинопольскими мастерами. Можно возразить, что поскольку церковь в Куршумли построена в конце XII века, когда кирпичная кладка со скрытыми рядами уже была заменена на Руси другой кладкой, это новшество не могло быть заимствовано строителями церкви из русской архитектуры. Но это возражение отпадает, если предположить, что изучаемая система кладки была занесена из Киевского государства первоначально в Византию, а уже оттуда в Куршумли. Такое косвенное заимствование приемов строительной техники и архитектурной композиции южнославянскими странами из древней Руси через посредство Византии вполне мыслимо. Однако в данном случае все говорит о том, что и в Куршумли кладка со скрытыми рядами кирпича была прямо» заимствована из русской архитектуры. Оказывается, что хотя в XII веке в русских землях периода феодальной раздробленности совершился переход к кирпичной кладке без скрытых рядов, все же кое-где эта кладка употреблялась и на протяжении всего XII века, а в некоторых русских землях она не только была характерна для конца XII века, но даже получала дальнейшее развитие.

Различие строительной техники, архитектурных форм и композиционных приемов в отдельных русских землях XII века в высшей степени характерно именно для периода феодальной раздробленности, когда разобщенность отдельных русских феодальных княжеств была довольно значительна. Это не означает, что было утеряно единство русского зодчества; различные его варианты развивались в это время в отдельные княжествах все же на основе традиций Киевского государства и в пределах единой русской архитектуры.

В XII веке продолжалось широкое применение кирпичной кладки со скрытыми рядами в Полоцком и Смоленском княжествах 9. Несмотря т то, что они были политически отделены друг от друга, их культурные взаимосвязи, в частности в архитектуре, никогда не прерывались. Наиболее замечательными постройками этих двух княжеств в XII веке являются хорошо сохранившиеся собор Евфросиньева монастыря около Полоцка середины XII века (рис. 20 и 21) и Михаило-Архангельская (Свирская) церковь е Смоленске (1191 --1194). Эти два замечательных памятника русского зодчества выложены декоративной кирпичной кладкой со скрытыми рядами; значит, последняя продолжала существовать в полоцкой и смоленской архитектуре на протяжении всего XII века. Эта кладка придает жизнерадостный, декоративный характер обоим сооружениям еще и потому, что наружные поверхности их стен дополнительно оживлены выложенными из кирпича бровками над оконными и дверными проемами (рис. 21). Эти бровки представляли собой несколько декоративных кривых над каждым окном, в которые были включены поребрики. Декоративный характер бровок и всей наружной стены развит также при помощи полос окрашенной цемянки, в компонованных в обрамления окон и порталов. В соборе Евфросиньева монастыря бровки на барабане сочетаются с колонками, украшающими барабан.

Подтверждением того, что архитектура церкви в Куршумли связана с архитектурой полоцко-смоленской, влияние которой она отражает, являются также ее детали, в особенности бровки и колонки барабана, представляющие собой полную аналогию декоративной обработке барабана собора Евфросиньева монастыря около Полоцка. Свидетельством этой общности является также притвор церкви в Куршумли, аналогичный притворам Свирской церкви в Смоленске.

Рассматривая церковь в Куршумли в связи с дальнейшим развитием южно-славянской архитектуры, необходимо отметить, что жизнерадостная нарядность ее наружного облика, достигаемая именно кирпичной кладкой со скрытыми рядами и наружными декоративными деталями в виде бровок и других украшений, является характерной чертой архитектуры южных славян, роднящей ее с русским зодчеством крестовокуполыюм типе.

Причина этого заключается в том, что пятинефный архитектурный тип давал зодчим возможность разнять некоторые очень для них существенные и характерные архитектурно-композиционные приемы, в том числе и ярусную композицию наружного объема здания, в высшей степени характерную для Грачаницы.

Центральная часть церкви в Грачанице поднимается на ступень выше, чем «внутренний обход». В связи с этим над всем зданием еще выше поднимается центральный купол, окруженный четырьмя закомарами цилиндрических сводов крестообразной центральной части пятинефного крестовокуполыюго здания. Пирамидальяость наружной композиции достигается в церкви тем, что здание имеет пять куполов, причем в основании малых куполов поставлены кокошники, повторяющие и декоративном плане композицию центрального купола. Существенно, что «внутренний обход», на котором стоят четыре малых купола, в отдельных своих частях имеет разную высоту. Угловые помещения с куполами несколько ниже центральных частей «внутреннего обхода» на южной, западной и северной сторонах, что выражено горизонтальным декоративным членением на фасадах; более высокие части «внутреннего обхода» перекрыты цилиндрическими сводами с осями, направленными с севера на юг и с запада на восток. Вследствие этого на фасады выходят ступени закомар, поднимающиеся по направлению к центральному куполу.

Архитектурная композиция церкви и Грачанице подчеркивает наружный архитектурный объем как самостоятельное и очень существенное композиционное начало. Наружный объем сильно расчленен ярусами, нарастающими по направлению к главному куполу.

Нечто очень близкое в принципе обнаруживает самостоятельная переделка пятинефного крестовокупольного архитектурного типа в киевской Софии. Ее внутренний вид отражает потребность Киевского государства в больших общественных помещениях, где могли бы протекать не только культовые собрания, государственный характер которых выступает очень отчетливо, но и общественные, государственные церемонии вроде «посажения на стол» великого князя и т. п. Этим объясняется, что пятинефный архитектурный тип был здесь более развит, чем в византийской архитектуре, именно с точки зрения гармонической разработки сложной и очень целостной системы интерьеров. Однако в киевской Софии при сравнении с византийской архитектурой отчетливо обнаруживается, что наружный объем играет существенную роль в ее архитектурной композиции. Это проявляется, так же как и в церкви в Грачанице, в умножении числа куполО1з, которых в киевской Софии тринадцать. Мы знаем, что эта особенность, связанная с композицией наружного архитектурного объема, возникла в киевской Софии под влиянием русской деревянной архитектуры предшествующих периодов. Так, в 989 году в Новгороде уже была построена дубовая тринадцатиглавая София, общий облик которой можно себе ^представить на основании таких поздних пережитков древнейшей деревянной архитектуры Киевского государства, как собор в Новомосковске (XVIII век). Особенно существенно, что в киевской Софии тринадцатиглавая композиция связана с пирамидальностыо наружного объема, а также с приемом, благодаря которому отдельные части здания становятся выше по направлению к центральному венчающему куполу. Пирамидальная композиция достигается тем, что части «внутреннего обхода», которые соответствуют южному, западному и северному концам креста, перекрыты цилиндрическими сводами, образуя на фасадах закомары, расположенные на ступень ниже закомары конца креста.

Таким образом, перед нами композиционный прием, подобный тому, который мы наблюдали в церкви в Грачанице. Последняя была построена более чем на 300 лет позднее киевской Софии. Невозможно объяснить сходство композиционных приемов, примененных в киенской Софии и р» церкви в Грачанице, независимым развитием сербской архитектуры, самостоятельно пришедшей к той композиции, которая гораздо раньше наблюдалась в русском зодчестве. Это тем более невероятно, что в архитектуре южных славян предшествующих периодов не было аналогичных композиций, выраженных столь ярко и определенно, 'в то время как .в русской архитектуре мы эти композиции наблюдаем, например, в Успенском соборе во Владимире. Все это говорит о том, что сходство архитектурной композиции киевской Софии и церкви в Грачанице объясняется влиянием русской архитектуры, в частности, влиянием киевской Софии на сербское зодчество.

Таким образом, мы видим еще одно подтверждение тому что древнерусская архитектура старше появления на Руси греческих мастеров. При такой системе кладки стены получают дополнительную прочность за счет разгрузки и перенесения веса.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   Загрузить   След >