Лекция 2. Коллективизация сельского хозяйства в СССР

Цели и задачи коллективизации

Преобразование сельского хозяйства на основе социальной и технической реконструкции было исторической необходимостью. К концу 20 гг. ход социально-экономического развития поставил эти вопросы в повестку дня. Хозяйствование на мелких клочках земли с помощью примитивных орудий обрекало крестьян на тяжелый ручной труд, обеспечивая им всего-навсего поддержание существования. Низкий уровень сельскохозяйственного производства сдерживал общее экономическое развитие страны, ставил серьезные преграды начинавшейся индустриализации. Вместе с тем эта необходимость не требовала проведения "сплошной коллективизации" за два или три года и любыми средствами. Никакие объективные условия не могут оправдать того насилия над крестьянством, которое было совершено при проведении коллективизации и раскулачивания "по-сталински".

До сих пор прочно сохраняется один из стереотипов сталинской концепции, будто именно на XV съезде ВКП(б) в декабре 1927 г. был провозглашен "курс на коллективизацию". В действительности же на съезде речь шла о развитии всех форм кооперации, ни сроков, ни форм, ни способов кооперирования крестьянских хозяйств съезд не устанавливал. Решение съезда о переходе к политике наступления на кулачество имело в виду последовательное ограничение эксплуататорских возможностей кулацких хозяйств, их активное вытеснение экономическими методами, а не путем разорения или принудительной ликвидации. В целом XV съезд никак не может быть назван "съездом коллективизации сельского хозяйства". Вопросы кооперирования занимали важное место в его работе, однако задачи ускорения процессов роста промышленности и сельского хозяйства должны были реализовываться на основе НЭПа.

К 1927 г. в стране складывалась крепкая система сельскохозяйственной, кустарно промысловой и потребительской кооперации. Вместе они охватывали свыше двух третей товарооборота между городом и деревней, обеспечивая тем самым прочную экономическую связь между крестьянскими хозяйствами и промышленностью. Развитие капиталистических элементов и в торговле, и в производстве находилось уже под достаточно полным и эффективным контролем. Таким образом, были все условия для того, чтобы на основе общего производственного подъема деревни в период за две пятилетки создать при этом мощный сектор коллективного земледелия. Трудности на этом пути были неизбежными (особенно в связи с задачами индустриализации), но и преодолимыми, без насилия над крестьянством.

В 20-х годах был наметился подъем крестьянского хозяйства, свидетельствовавший о благотворных результатах национализации земли и освобождения крестьян от помещичьего гнета, а также об эффективности новой экономической политики. За три-четыре года крестьяне восстановили сельское хозяйство после сильнейшей разрухи. Однако в 1925-1929 гг. производство зерна колебалось на уровне чуть выше довоенного. Рост производства технических культур продолжался, но был умеренным и неустойчивым. Хорошими темпами увеличивалось поголовье скота: с 1925 по 1928 г. примерно на 5 % в год. Словом, мелкое крестьянское хозяйство отнюдь не исчерпало возможностей для развития. Но, конечно, они были ограниченными с точки зрения потребностей страны, вступившей на путь индустриализации.

Кризис хлебозаготовок в конце 1927 г. возник как результат рыночных колебаний, а не как отражение кризиса сельскохозяйственного производства, а тем более социального кризиса в деревне. Конечно, сокращение государственных заготовок хлеба создавало угрозу планам промышленного строительства, осложняло экономическое положение, обостряло социальные конфликты и в городе, и в деревне. Обстановка создавшаяся к началу 1928 г. требовала взвешенного подхода. Но сталинская группа пошла на слом НЭПа и широкое применение чрезвычайных мер, то есть насилия над крестьянством. На места последовали подписанные И.В. Сталиным директивы с угрозами в адрес партийных руководителей и требованием "поднять на ноги партийные организации, указав им, что дело заготовок является делом всей партии", что "в практической работе в деревне отныне делается ударение на задаче борьбы с кулацкой опасностью". Таким языком с партийными работниками и организациями ЦК не вел разговоров с гражданской войны.

Тон был задан сталинской поездкой по округам Сибири в январе - феврале 1928 г. Во время этой инспекции были сняты с работы и подвергнуты наказаниям, вплоть до исключения из партии, многие десятки местных работников - за "мягкотелость" и "примиренчество" с кулаком и т.п. Волна замены партийных, советских, судебных и хозяйственных работников прокатилась тогда по всем районам. На Урале за январь - март 1928 г. были отстранены 1157 работников окружного, районного и сельского аппарата. Все это нагнетало обстановку нервозности и административного произвола. Началось закрытие рынков, проведение обысков по крестьянским дворам, привлечение к суду владельцев не только спекулятивных хлебных запасов, но и весьма умеренных излишков в середняцких хозяйствах. Суды автоматически выносили решения о конфискации как товарных излишков хлеба, так и запасов, необходимых для производства и потребления. Аресты в административном порядке и тюремные заключения по приговорам судов довершают картину произвола и насилия, чинимого в деревне зимой и весной 1928 г.

Волна массового недовольства прокатилась по районам хлебозаготовок уже весной 1928 г. Во многих местах были отмечены демонстрации крестьян в городах, учтено около 150 массовых выступлений на Украине, Северном Кавказе, в Сибири, Казахстане и других районах. Казалось, эти факты были учтены июльским Пленумом ЦК ВКП(б), подтвердившим сохранение НЭПа и запретившим применение чрезвычайных мер. Однако "чрезвычайщина" на заготовках хлеба в дальнейшем приобретала все более широкие масштабы. В следующей хлебозаготовительной кампании, особенно к весне 1929 г., под давлением непосильных заданий местные организации становились на путь невольных обысков и арестов. Нарушения законности, произвол, насилие вызывали открытые протесты крестьян, вплоть до вооруженных восстаний. В 1929 г. было зарегистрировано до 1300 "кулацких" мятежей.

Анализ происхождения кризиса хлебозаготовок и путей его преодоления был в центре внимания апрельского и июльского пленумов ЦК ВКП(б) в 1928 г. На этих пленумах выявились коренные расхождения в позициях Бухарина и Сталина в предлагаемых ими решениях возникших проблем. Для Сталина кризис хлебозаготовок объяснялся "кулацкой стачкой" - выступлением выросшего и окрепшего в условиях НЭПа кулачества против Советской власти. Вообще все трудности, по Сталину, создавались врагами: "Мы имеем врагов внутренних. Мы имеем врагов внешних. Об этом нельзя забывать... ни на одну минуту". И средства преодоления трудностей виделись ему в беспощадном уничтожении врагов, среди которых на первом месте стояли кулаки.

Н.И. Бухарин при анализе тех же явлений делал акцент на имеющихся недостатках и ошибках в работе органов власти. Отсюда и альтернатива сталинской линии - улучшение работы партийно-государственных органов по созданию условий для кооперирования сельского хозяйства на базе совершенствования экономического механизма, сложившегося в годы НЭПа(отказ от "чрезвычайных" мер, сохранение курса на подъем крестьянского хозяйства и развитие торгово-кредитных форм кооперации, повышение цен на хлеб и др.). Предложения Н.И. Бухарина были отвергнуты как уступка кулаку.

Довольно реален был и другой вариант: добиться в течение первой пятилетки (1928/29-1932/33 гг.), чтобы кооперация охватила до 85 % крестьянских хозяйств, из которых 18-20 % предполагалось вовлечь в колхозы.

Осуждение группы Бухарина в 1929 г. как "правооппортунистической" и в отстранении ее от участия в политическом руководстве ноябрьском пленуме ЦК ВКП(б) лишил крестьянство иных альтернатив, кроме поголовного "околхозивания". В это же время был фактически отброшен и первый пятилетний план: продуманные и взаимосвязанные задания стали произвольно пересматриваться в сторону увеличения без учета реальных условий и возможностей. Начиналась безумная и безумная гонка "за темпом".

Если сформулировать подлинные цели коллективизации "по-сталински", то они могут выглядеть следующим образом:

  • - получение средств на индустриализацию за счет продажи сельхозпродукции наряду с другими экспортными товарами за границу;
  • - обеспечить людские ресурсы для строительства промышленных предприятий за счет миграции населения из деревни;
  • - уничтожить кулака и поставить под полный контроль государства самостоятельного сельского производителя.
  • - наладить бесперебойное обеспечение городского населения сельскохозяйственной продукцией.

"Курс на сплошную коллективизацию" вырабатывался в ходе кризиса хлебозаготовок и в непосредственной связи с ним. Меры по борьбе с кризисом сочетали как политико-административный нажим на крестьян не желавших продавать хлеб государству по низкой цене, так и экономическое стимулирование кооперативных форм ведения сельского хозяйства. Резко возрастают масштабы государственной помощи колхозам - кредитование и снабжение машинами и орудиями, передача лучших земель, налоговые льготы. Партийные и советские организации разворачивают активную пропаганду коллективного земледелия, работу по практической организации колхозов. Летом 1929 г. провозглашается лозунг "сплошной коллективизации" крестьянских хозяйств целых округов (первым среди них стал Хоперский округ Нижневолжского края).

Тенденция к сплошной коллективизации отражала позицию Сталина и его окружения. В основе этой позиции лежало пренебрежение к настроениям крестьянства, игнорирование его неготовности и нежелания отказаться от собственного мелкого хозяйства. "Теоретическим" обоснованием форсирования коллективизации явилась статья Сталина "Год великого перелома", опубликованная 7 ноября 1929 г. В ней утверждалось, что в колхозы якобы пошли основные, середняцкие массы крестьянства, что в социалистическом преобразовании сельского хозяйства уже одержана "решающая победа" (на самом деле в колхозах тогда состояло 6-7 % крестьянских хозяйств, при том, что свыше третьей части деревни составляла беднота).

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   Загрузить   След >